Человек не терпит насилия!

П@зда из ада

256678

В длинные выходные по случаю Дня защитника этой стороны от той стороны президент Зеленский 24/7 трудился с друзьями на даче. За забором свирепствовали пять кордонов полиции и «Демсокира». Внутри периметра вернувшиеся от дома Порошенко титушки слонялись вокруг огромного кавээнского костра, в который Ермак и Шефир зябко подбрасывали документы из «Офшора-95». В кустах у сторожки громко стучал зубами самый сильный депутат в мире Василий Вирастюк.

 

П@зда из ада 01

— П@зда из ада! П@зда из ада! — повторял Вирастюк срывающимся голосом. — Она идет за мной, я весь умру! Кто-нибудь видел эту тварь?

— Ну я видел, — пожал плечами лауреат премии «Турбо жим-жим» Николай Тищенко. Достав из кармана резиновую женщину, он принялся умело надувать ее. — Сейчас покажу. На самом деле ничего страшного в ней нет.

— Это ты так думаешь, — холодно сказала депутат Верещук.

Вирастюк застучал зубами еще громче.

— Пацаны, я вам гранаты привез! — заорал дурным голосом из-за забора фюрер «Демсокиры» Гудыменко и кинул в сад спелый гранат. Плод чвакнул о тротуарную плитку, во все стороны полетели красные осколки. Все попадали на землю, прикрыв головы руками. Вырвавшаяся на свободу резиновая женщина Тищенко стремительно стартовала вверх, как мечты Зеленского, и упала в костер. Над президентской дачей поплыл зловещий запах горелой резины.

— Шины жгут, суки, — пробормотал Зеленский. — А ведь у этого забора сегодня украинские деточки должны были смотреть мультфильмы. Политики украли у детей кусочек счастья. И головешки. Гранаты кидают. С топорами ходят.

— П@зда близенько, — провыл Вирастюк. — Живым не дамся! Живым не дамся, эй, слышите, вы, томагавки сраные?!

У него зазвонил телефон. Задрожав всем телом, самый сильный депутат в мире включил выданный полицией диктофон и осторожно снял трубку, поставив ее на громкую связь.

— Да, — сказал он.

— П@зда, — сказала трубка.

Вирастюк застонал и пополз в кусты.

— Вот ты, Вася, все-таки еще неопытный, — заметил Тищенко, доставая из кармана вторую резиновую бабу. — Ты в следующий раз отвечай не «да», а «алло».

— Тогда он скажет «х#йло», — проницательно возразил Вирастюк, однако его лицо повеселело. «Х#йла» он боялся меньше.

За забором вспыхнули фаеры.

— Йоу, йоу, ви вил ви вил рокью! — счастливо прокричал Арахамия, размахивая руками над головой, словно в припадке. Рядом с ним шла депутат Безуглая, исполняющая свой знаменитый жуткий танец краба.

— Это вас с Трускавца до сих пор не попустило? — удивился Зеленский.

— Я просто играю в кальмара, — объяснила Безуглая. — Модная тема.

— Точно не в краба? — прищурился Зеленский.

— Нет, в кальмара, — упрямо повторила Безуглая.

— А давайте играть в Шефира, — предложила депутат Третьякова. — Только не по ногам стрелять, конечно, а сразу в голову. Клянусь, буду плакать за каждым «слугой народа», такова уж моя гуманитарная сущность.

У Вирастюка опять зазвонил телефон. Весело подмигнув друзьям, он снял трубку и издевательски сказал в нее:

— Слушаю!

— Это Вирастюк? — спросила трубка.

— Да, — сказал Вирастюк.

— П@зда! — сказала трубка.

Вирастюк взревел, с отчаянной смелостью человека, которому уже нечего терять, вырвал с корнем дуб и, закричав: «Не подходи, адская тварь, убью!» — махнул деревом и попал в Арахамию. Арахамия замертво упал на газон, но руки его продолжали двигаться в диджейском припадке. Вирастюк с удивлением смотрел, как яма от вырванного дерева начинает разрастаться трещинами.

— Ой, горе-то какое! — зарыдала Третьякова. — Убили! Порохоботы проклятые «Слугу народа» убииили! Минус один друг, засим все плооохо!

— Какая все-таки сочувственная баба эта Третьякова, — заметил Зеленский, — рано еще ее с комитета снимать все-таки.

Арахамия перестал размахивать руками, сел и посмотрел на присутствующих наивными добрыми глазами.

— А что, правда, что Полякова отравили «ермачком»? — спросил он простодушно.

— Скорее, «шефирчиком», — рассудительно сказал Зеленский. — Это сделано, чтобы надавить на меня, но просчитались, господа капиталисты! У нас нет времени ждать, сегодня наша политика наглая!

— Я бы даже сказал, ох#евшая! — радостно подхватил глава МИД Кулеба. — Вот чего этой стране не хватало тридцать лет!

— Я получил на это от народа мандат! — воскликнул Зеленский.

— Мандат? — испуганно переспросил Вирастюк.

— Игра слов, — успокоил его Тищенко.

Зазвонил телефон Зеленского. Вирастюк злорадно захихикал:

— А я говорил, не стоило произносить слово на букву «М». А я предупреждал…

Зеленский затравленно посмотрел на него и включил громкую связь.

— Папа, папа, эта ты? — жалобно спросил на том конце голос с грузинским акцентом. — Эта твой сынок. Сыводня я нычаянна убиль чилаувэка, нада срочна миллион долларов и баночку калумбийского парошка, и тагда свуидэтели будут малчать!

— Вечер в хату, бродяги! — захихикал опытный Тищенко. — Фарту масти, ментам напасти!

— Михо, это ты, что ли? — осторожно спросил Зеленский в трубку.

— Ну я, — уныло признался Великий Реформатор. — Я, канэшно, очинь прызнателен вам, Владимир Алэксандрович, за то, как вы увытаскиваете меня из тюрма двадцат четырэ на сэм, но что-то я пока савсэм ны ащущаю…

— Миша! Миша! — заорала депутат Лиза Ясько, подбегая к Зеленскому и пытаясь вырвать у него трубку. — Миша, это я! Миша, почему ты избегаешь меня? Миша, я бер…

— Нычиуво я ны пайму! — решительно сказал Миша. — У нас тут тюрма очинь плахая связь. А для тэх, кто так сыльно интересуется сваей лычной жизнью саабщаю, что сэйчас я уведу более масштабную барьбу, чем моя лычная жизнь.

— Миша! — крикнула Лиза. — Мишенька!

— Да, это очинь бальшая история лубви, — важно сказал Мишуля. — Рыформа нас связала, тайною нашей стала. Пазвольте вам напомнить, Владимир Алэксандрович, что я — усымирно извэстный рэформатор.

Зеленский беспомощно посмотрел на Кулебу.

— Мы своих граждан в беде не бросаем, — заученно затараторил Кулеба. — Поэтому, когда будет принято решение о том, каким именно путем двигаться, тогда и будет принято решение, каким путем двигаться. Сейчас мы изучаем ситуацию и выбираем лучший алгоритм, которым будем двигаться. Как только мы выберем лучший алгоритм, которым будем двигаться, то сразу будем двигаться. У нас есть четкий план.

— А то еще можно спецгруппу Чауса туда послать, — предложил Арахамия. — Пусть незаметно проникнут в тюрьму, надают этому Реформатору по морде, упакуют в багажник, вывезут на посольской машине в Украину и выкинут голым где-нибудь в степи.

— Сначала только Владимир Александрович Путина порвет, — мягко напомнил ему Кулеба. — Если у них состоится разговор тет-а-тет, Путину пиз…

— Молчи! Молчи, глупец! — заорал Вирастюк, но было поздно. У него зазвонил телефон.

— Пацаны, давайте вернемся в помещение! — взмолился Вирастюк, краем глаза наблюдая за расширяющейся трещиной в земле. — Что-то холодно.

— Это ты в том помещении еще не был, вот там точно холодно, — покачал головой Ермак. — Мы так много газа закачали на зиму, что включать отопление раньше февраля — это просто смешно. Доктор Комаровский учит нас, что холодные батареи очень полезны для здоровья. Думаю пригласить его министром энергетики.

Вирастюк обреченно вздохнул, принял, наконец, вызов из ада и молча уставился на трубку.

— Молчишь? — сказала трубка. — В п@зде торчишь.

— Аааа! — закричал Вирасюк, вскочил на ноги и, не помня себя от суеверного ужаса, вырвал с корнем второй дуб.

В тот же миг трещины от двух образовавшихся воронок поползли друг к другу и соединились. Зе-мля с грохотом разверзлась перед зе-командой. Запахло серой. В языках пламени на поверхность зе-мли стала выбираться потусторонняя сущность, которой так небезосновательно боялся самый сильный депутат в мире.

— Возьми его, не трогай меня! — закричал Вирастюк и, схватив Зеленского за шиворот, швырнул его в бездну. Тотчас Тищенко кинул следом на откуп резиновую бабу, однако баба была отринута, и он заменил ее Лизой Ясько. Третьякова, обливаясь слезами, столкнула в пропасть Арахамию, Кулебу и Шефира. Тищенко с нескрываемым удовольствием отвесил ногой под зад самой Третьяковой, но поскользнулся на краю и улетел следом, прихватив с собой Ермака. Безуглая шагнула в геену сама. В считанные секунды на поверхности остались только Вирастюк и Верещук.

— Ну давай, подходи, кобыла ездовая, — сказал Вирастюк Верещук, размахивая дубьем. — Сыграем с тобой в кальмара.

В следующий миг адская сущность пожрала его. Подойдя к Верещук, она некоторое время изучала ее, затем дружески кивнула, как старой знакомой, пожала ей руку и, махнув на прощанье, убралась обратно под землю.

Портал в ад закрылся. Обрушившийся на президентскую дачу ливень погасил остатки огня.

Верещук пожала плечами, раскрыла зонтик и улетела принимать пост министра обороны.

Василий Рыбников, Цензор. НЕТ Джерело: https://censor.net/ua/r3293978

Оцените материал:
54321
(Всего 16, Балл 4.69 из 5)
Поделитесь в социальных сетях:

2 ответа

  1. Незаконченнвя сказка, про Пэтюхряка забыли, а он бедолага спать ночью не может, в мыслях ОПЗ уже его.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Читайте также

НОВОСТИ