Человек не терпит насилия!

МЕМОРИАЛ НЕНАСИЛИЮ И ЭПИТАФИЯ ТРУСОСТИ

detail 1364379832Некоторые считают, что иск российской генпрокуратуры о ликвидации «Международного Мемориала» за несоблюдение навешенных на него как «иностранного агента» формальностей – это новый ГКЧП. Не больше и не меньше. Что это какой-то рубеж, окончание целой эпохи, начавшейся еще в конце 80-х, реванш тоталитаризма и т.д.

Эти наивные люди не заметили, должно быть, реванша тоталитаризма, случившегося еще 21 год назад, , точнее – уже почти 22, когда Путин только пришел к власти. Советский гимн с новыми словами, красный флаг «победы» наравне с полосатым государственным, возврат мемориальной доски Андропову на здание Лубянки и т.д. и т.п. – все эти знаки тогда не заставили их задуматься, не привлекли к себе внимания, не показались реваншем тоталитаризма. Ну подумаешь, какой-то там советский гимн… Так же как не стали концом света и признаком падения в бездну ни арест Гусинского на три дня в 2000-м, ни арест Ходорковского на 10 лет в 2003-м, ни разгром ЮКОСа, ни закрытие старого НТВ, ни повторная агрессия против Ичкерии…

А теперь – теперь, как говорит народная мудрость, поздно пить «боржоми», когда почки отвалились. Да, при реванше и тотальном всевластии чекистов не могут спокойно и легально работать те, кто разоблачал тридцать лет преступления чекистов предыдущего периода. Это совершенно естественно, – чекисты всегда рано или поздно добираются до своих врагов. А правозащитники не могут не быть их врагами по определению.

В прошлый раз они точно так же уничтожили окончательно Политический Красный Крест, помогавший узникам ГУЛАГа 20-30-х годов. Руководившую им Екатерину Пешкову, бывшую жену Максима Горького, буквально боготворили тогда многие узники ГУЛАГа и их родственники на воле; формальным же председателем была легендарная народоволка Вера Фигнер. И что? Да ничего. Даже авторитет таких людей, как Фигнер, не помог. Организация продержалась 19 лет и была все равно распущена в середине 1937 года приказом тогдашнего наркома внутренних дел Ежова. (Правда, последние годы возможности ПКК помогать политзэкам были уже более чем скромными, в основном это была материальная и бытовая помощь освободившимся из лагерей и т.п.)

Что ж, ныне в России опять 1937 год, это явствует из множества признаков, прежде всего – из массовости репрессий и из их тотальности. Политическая площадка опять тотально зачищается, не остается никого и ничего, только выжженное голое пространство. Странно было бы, если бы эту окончательную зачистку пережил «Мемориал»…

Нажитая еще в перестроечные времена привычка к легальности, к возможности какого-никакого диалога с властью сыграла с правозащитниками вообще и с «мемориальцами» в частности злую шутку. Им всё казалось, что как Сахарову после возвращения из ссылки удавалось нет-нет да и вытрясти что-то из Горбачева, какие-то поблажки или смягчения чиновничьих придирок – так и будет всегда, так и должно быть. К возвращению тоталитаризма и восстановлению во всем прежнем великолепии чекистского всевластия, которое они описывали по результатам своих экспедиций на расстрельные полигоны, эти люди оказались банально не готовы. И не сочли не просто тревожным звоночком, а полноценным погребальным звоном приход Путина к власти еще в 2000 году и все, что последовало потом. А оказалось, что этот колокол тогда звонил в том числе и по ним.

Русское «общество», правозащита и вообще «оппозиция» в широком смысле оказались в эти мрачные первые десятилетия нового века в положении лягушки, которую сажают не в кипяток, а в тепленькую водичку, ставят на огонь – и медленно, потихоньку увеличивают температуру. Когда лягушке становится настолько некомфортно, что она больше не может терпеть и хочет выпрыгнуть, – глядишь, а она уже и сварилась…

Палачи, вертухаи, опера, потомки палачей, вертухаев и оперов прошлого, правят сегодня Россией и определяют ее политический курс. Все, что они не могут поставить под свой тотальный контроль, они просто уничтожают. И это еще, может быть, не самый худший вариант, если уничтожают. Это все-таки лучше, чем если тот же «Мемориал» чекистам удалось бы проституировать и растлить настолько, что он стал бы тоже поддерживать Путина и уверять, как «военно-историческое общество», что в том же Сандармохе, к примеру, не чекисты расстреливали политзэков, а финские солдаты – пленных красноармейцев. А в Катыни поляков – немцы, а не чекисты…

Несколько меньшее сочувствие вызывает так называемый «правозащитный центр «Мемориал»», являющийся специальным подразделением внутри «Мемориала» по защите политзаключенных сегодняшних. Правозащита их достаточно специфична: за рамки традиционной легальности и законопослушности они по самой своей природе выйти не смеют, а в то же самое время не могут не видеть, что это не помогает, что при тоталитарно-полицейском режиме бессмысленно защищать узников этого режима по правилам самого же режима, пытаясь выиграть у Системы на ее же поле. Это заставляет мемориальских «правозащитников» всячески изворачиваться и терять лицо.

В частности, еще в 2013 году они ввели в свои внутренние правила некие «критерии», по которым признают или не признают того или иного заключенного политическим заключенным. То есть, ввели самую настоящую сегрегацию политзаключенных, деление их на «хороших» и «плохих», что даже в голову не могло прийти правозащитникам советской эпохи, стоявщим у истоков «Мемориала».

Нетрудно догадаться, к чему это привело: люди, не только делавшие что-то реальное против режима не по его правилам, а по своим (таких людей в России практически нет), но даже и просто говорившие о необходимости бороться с режимом эффективными методами, а не «законными», — автоматически отклонялись ПЦ «Мемориал» и статуса политзэков не получали. Мотивировалось это, естественно, причинами, так сказать, «этическими», «нравственными»: мол, низ-з-зя призывать к насилию, к убийствам кого-либо (путинских чекистов и мусоров, в частности). Но было совершенно очевидно, что движет этими горе-правозащитниками обычная трусость: будут защищать всяких «экстремистов» и «террористов» – сами станут таковыми в глазах властей…

А поскольку именно на позицию «Мемориала» по тем или иным российским политзэкам ориентировалась все последние годы западная правозащитная общественность, и кого «Мемориал» защищал – тех и она защищала, а кого нет – тех нет, – получалось, что впавшие в немилость у мемориальских законопослушников-гандистов оставались вообще без защиты в масштабе международном. И тщетно пытались отогнать назойливую мысль, что эта «правозащитная» контора работает в союзе с властями против них…

Но вот наступил момент истины – и оказалось, что эти уловки не помогли. ПЦ «Мемориал» так же внесен в список на ликвидацию, как и весь «Международный Мемориал» в целом.

Снявши голову, по волосам не плачут, – говорит пословица. Всё это, весь нынешний вектор развития страны, было интуитивно понятно думающим людям еще в 2000 году, когда Путин пришел к власти. А уж тем более – в 2012-м, когда повторное – после перерыва – его восшествие на престол сопровождалось массовым побоищем на Болотной в Москве и очередным витком политического террора…

Вопрос только один: а чего же тогда стОят все эти правозащитники, если их так легко можно вышибить из седла простым бюрократическим запретом?

Понятно, что восстановленный тоталитарный режим по самой своей природе не может смириться ни с какой независимой от него общественной активностью. Даже если это общество филателистов или садоводов-любителей, а не то что правозащитников, протестующих против политических репрессий тоталитарного режима.

Но о чем же думали, куда смотрели сами-то эти правозащитники, просветители, вся эта «совесть нации»? Ведь не вчера же всё это началось. Ведь уже 22-й год чекисты у власти. Или они и на 21-м году наивно полагали, что если соглашаться добровольно надевать на себя все намордники, которые требует надевать режим, услужливо изгибаться перед ним, ставить на все свои материалы ритуальный текст «данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента» – это поможет им сохранить свою легальность и продолжать работать, что ли??!! Увы и ах! – не помогло…

Более того, «Мемориал» оспаривает сейчас эти нарушения и доказывает свою законопослушность: мы, мол, маркировали все свои материалы, как того требует закон об «иностранных агентах» – а нас ликвидируют за то, что мы НЕ маркировали!..

Еще одна фенечка чекистов в списке претензий к ПЦ «Мемориал» – «оправдание терроризма» в виде… защиты крымско-татарских и прочих политзэков, обвиненных в членстве в «Хизб ут-Тахрир», которая в России давно числится «террористической». Круг замкнулся. Стоило так трусливо отказывать в защите вербальным сторонникам активной борьбы с режимом, обвинявшимся в «оправдании терроризма», чтобы теперь самим стать его «оправдателями» только за факт внесения совсем уж мнимых «террористов» в списки политзаключенных!…

Ирония судьбы, – по-другому это не назвать. Смех сквозь слезы… Тишайших и благонамереннейших «правозащитников»-ненасильников поставили в один ряд с их подзащитными «террористами», как ни старались они избежать такой участи, сохранить свое реноме «законопослушных» в глазах власти. Отныне может считаться окончательно доказанным тот факт, что защищать «террористов» хоть вымышленных, хоть реальных, можно – и нужно! – , только вставая с ними в один ряд, солидаризируясь если не с их целями, то с их методами. Критикой оружием, то бишь, а не только оружием критики. И не только по формуле Вольтера: «Мне ненавистны ваши убеждения, но я готов отдать жизнь за ваше право их высказывать».

Русский гандизм потерпел в лице «Мемориала», правозащитного и просветительского, еще одно сокрушительное поражение. И это не удивительно: Ганди боролся с Британской империей, которая свои законы, каковы бы они ни были, по крайней мере, соблюдала. А в стране, где, например, для одиночных пикетов не требуется никакое разрешение властей – но с них тебя все равно уволакивают менты, потому что не могут позволить какого бы то ни было публичного выражения нелояльности власти, – в такой стране какой может быть гандизм?..

Если людей, которые борются за память о жертвах сталинских репрессий, то есть за недопущение нового сталинизма, и за освобождение политзэков нынешних, можно привести к покорности и к прекращению их борьбы простым «судебным» решением путинских вертухаев в мантиях, – то чего же стоят такие «борцы»? И кому они способны помочь, кого защитить?

«Врачу, исцелися сам» (с).

 

Оцените материал:
54321
(Всего 17, Балл 5 из 5)
Поделитесь в социальных сетях:

2 ответа

  1. Гусинский и Ходарковский политзаключённые……….хм,чтото новое.Я правильно понял,что закрыли за несоблюдение формальностей? Ну так надо было соблюдать, в чём проблема? Так хочется почитать нормальную аналитику, а не ахинею под видом серьёзной статьи.

  2. При защите своих земель храните 10 пуль в пистолете 1-ну для захватчика и 9 для предателей ( шейх Абдула Аззали).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Читайте также

ГРАНИЦА ЦИВИЛИЗАЦИИ

ГРАНИЦА ЦИВИЛИЗАЦИИ

То, что происходит сейчас на границе Беларуси с Литвой и Польшей, – это гибридная война. Типичный образец этого нового явления,…
ПОДДЕРЖКА И ПОДРАЖАНИЕ

ПОДДЕРЖКА И ПОДРАЖАНИЕ

Эти две даты, стоящие рядышком в календаре, связаны теперь навеки. И хотя в реальной истории их разделяют целых 44 года,…
ПОСЛЕ «ВЫБОРОВ»

ПОСЛЕ «ВЫБОРОВ»

Прошли так называемые «выборы» в так называемую «государственную думу России». Фактически это были «выборы» в концлагере, перед которыми были тотально…
НОВОСТИ